Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

теория шторма

  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
00:08 

Ничто не может отнять меня у меня.
Нужно, чтобы кто-то говорил за меня. Это последняя стадия упадка сил. Мне хочется раздать обратно все книги, которые я взяла у друзей, ведь у меня все равно нет сил читать. Хочется перестать переносить встречи - просто отменить их. Хочется сказать всем, с кем я работаю, что они выбрали не того человека. Я - шарик с гелием трехнедельной давности. От исполнительности во мне остался только рефлекс двигаться по щелчку кнута.
А вместо всего этого - завесить дверь одеялом и спрятаться за диваном. Скрыться между больших подушек, рассмотреть как возможное убежище расстояние от стола до книжного шкафа.

Прекрасный воркшоп начинается с того, что я почти звоню Тони, намереваясь сообщить о неявке. Дойти от 12 дома до 4 не представляется возможным. Но вот я вижу его на другой стороне улицы и заставляю себя войти в бизнес-клуб. Мне страшно в безопасном пространстве. Мне не комфортно с приятными людьми. Я пытаюсь согласиться с человеком, но делаю это так, будто внутри меня сидит озлобленный пес.

Я приезжаю и сталкиваюсь с необходимостью пробыть час в одиночестве. Когда я была маленькой, я отлично умела продуктивно и позитивно проводить время одна. "Я мог включить тебе "Незнайку" - и все, три часа моя дочь была прикована к одному месту". Сегодня я почти готова сесть сортировать солодку, только бы не заметить, как прошел этот час."Нация прозака" вместо "Приключений Паддингтона", орешки и сгущенка. Фильм уже почти подходит к концу, когда Дарья пишет, что будет через 20 минут.
Но ее нет. У меня не хватает сил даже для того, чтобы выключить фильм. Титры идут, саундтрек в них заглушает мой плач.
Кажется, что она не приедет. Я лежу в ее квартире, на ее диване, под ее слегка колючим клетчатым пледом - кажется. она. не. приедет. И сила отрицания реальности настолько высока, что я не могу позволить себе даже задуматься о том, кто со мной рядом. Не накладывать одну на другую и уходить на дно под грузом бесконечного апреля - миссия настолько невыполнимая, что Круз бы в ней даже не снялся.
Хотя апрель здесь месяц рандомный. Я не могу объективно выделить промежуток времени, когда переживала этот уход сильнее всего. Девушка-шкала-Бофорта, что у тебя сегодня? Твердая девятка?
Преподавательница БЖЧ советует никогда не доверять Бофорту. Его шкала хронически занижает показатели.

@темы: моя Гренландия останется ждать тебя, цианид в студию

00:48 

Ничто не может отнять меня у меня.
В определенные моменты после терапии я не оставляю гештальты в кабинете, а любезно кладу их в сумку и уношу с собой. С той ли целью, чтобы еще раз пережить это мучительное ощущение: будто ты лежишь в ожоговом отделении без права на морфий? Этого я не знаю. Каждый раз, когда так случается, я днями испытываю потребность позвонить врачу и устроить внеочередную встречу. Стоит ли говорить, что боязнь быть навязчивой, начисто лишает меня возможности даже дотянуться до телефона...

Я не помню момент, когда поняла, что все идет не так. Я помню, как выбежала на улицу и долго пыталась уговорить себя не прикасаться к стенам. Навязчивое желание порезать, избить, вытравить себя, как вытравливают тараканов из квартир, не отпускает с четверга. Пропадает желание читать, смотреть и есть. Действия по инерции заполняют будни. Яркими пятнами остаются пары, на которых нужно столько писать, что в какой-то момент колпачок от ручки падает на пол, и, уходя, ты его не поднимаешь.

Нужно подойти к Ане и сфотографироваться для серии отчаянных. Я хватаю Дарью за руку так, что чувствую кость и как кольцо врезается в кожу. Так, что меня перестает волновать чужой комфорт.
Прибой: я не могу стабильно неглубоко и редко дышать, от глубоких вдохов тело покалывает, нельзя говорить и двигаться. Красные губы беспомощно хватают воздух, как женщины на распродажах беспорядочно бросают в корзину одежду.

Опираюсь на стул - ужасно дрожит рука. Протягиваю другую руку Ане, потому что это кажется наиболее здравым в данный момент выбором. Леша спрашивает,почему я такая печальная. "Нельзя кричать на друзей, нельзя кричать на друзей в присутствии их друзей, нельзя хотеть ударить их, когда к тебе прикасаются люди".

Дарья шутит про Россию, и эта шутка плоха, но я смеюсь. Очень смеюсь.
Дарья застегивает мое пальто, потому что я больше не могу делать это сама.
Мне хочется уехать к ней домой именно тогда. Спрятаться в красный плед, неизменно ассоциирующийся у меня с Винни. Смотреть Анатомию и не бояться.
Не бояться - это вообще лейтмотив последних месяцев.

Мы выходим из студии, и я тихо спрашиваю:
- Можно?
Аня дает мне руку и не отпускает до самого прощания. На вопрос, хочу ли я поговорить, я не то мычу, не то вою и просто надеюсь, что она продолжит держать меня. С каждой минутой становлюсь все более бесполезной, несостоятельной, неадаптированной к этому миру. Спрашивает, на метро ли я. От остановки студии до моего дома без пересадок и за 10-12 минут едут 3 троллейбуса и 1 автобус, но я все равно киваю.
- С тобой все будет хорошо дома?
"Я вообще не хочу домой". "Нет, я, скорее всего, порежусь". "Нет, пожалуйста, поехали со мной".
- Да, я просто лягу спать.

На платформе она обнимает меня и желает удачи.
Только поэтому я пришла домой и правда легла спать.

Дарья присылает мне фото для сайта.
Мое лицо должно быть на обложке всех альбомов Пласибо.

@темы: моя Гренландия останется ждать тебя, цианид в студию

08:59 

Ничто не может отнять меня у меня.
Иногда плохое утро заканчивается хорошим вечером.

На фотосессию я еду в одном автобусе с матерью бывшей одноклассницы. Этих людей лучше избегать: они задают ненужные вопросы и предлагают ненужные встречи. Делают это навязчиво и радостно, полностью игнорируя твое беспокойство и время.
Во время Меты мне становится неуютно и щемяще грустно. Выбегаю на улицу и долго хожу туда-обратно по улице. Я сижу на скамейке напротив бара и смотрю, как мимо проходят другие волонтеры. И они до неприличия счастливы. А затем встаю и иду в конец улицы до угла здания, где можно спрятаться и плакать. Сегодня слишком холодно, я больше прошу себя не стучать зубами, чем разрешаю плакать. Это день, когда я убила энергию для фестиваля седативными.

А. говорит, что учится блюзу.
- Блюз? Боже, спой.
- Я танцую блюз.
Она рассказывает про японскую литературу и то, что очень хочет научиться печь. У нее есть силиконовый лист для выпечки и сеялка для муки, у меня в голове рецепт имбирного печенья. Мы договариваемся когда-нибудь вместе испечь что-то, потому что обе не едим еду, которую готовим. Она говорит, что нечасто встречает людей, у которых так горят глаза при мысли о будущем. На прощание убеждает, что все получится, потому что я правда этого хочу.

И после этого мы до самого вечера сидим за столом инфоцентра. Я, волонтер и координаторка.

- И моя бывшая Даша за 850 километров...
- Как звали твою бывшую?
- Даша.

Мы садимся ближе и рассказываем друг другу эти истории. Находим много общего: до смешного похожие черты характера, одно поведение, один итог. Но мы не смеемся.
- Вы простите, что я ною тут вам.
- Знаешь, Даши рушат нашу жизнь.
Так я напоминаю, что она не одна. Что я не одна. Что у нас обеих было что-то важнее, чем бравада и натянутый смех во время показа. Что нам это все еще нужно гораздо больше, чем мы признаем вслух.

Вместо прощания - много благодарностей. Когда подхожу сказать спасибо Т., она вдруг очень сильно обнимает меня и уже по-русски говорит "спасибо, правда, большое спасибо".
Я иду по Октябрьской, слушаю джаз из "Хулигана" и совсем не замечаю того, что в сильный дождь несу раскрытый зонт в опущенной руке.

@темы: давайте делать паузы в словах, моя Гренландия останется ждать тебя

00:28 

квест "не закрывай глаза, не закрывай"

Ничто не может отнять меня у меня.
Терапия превращается в безжалостную пытку, если учесть, как сильно я ее боюсь и как резко фраза "Сегодня было страшно" сменяется воем. Каждый раз препарируя то, что осталось от этой ситуации, я убеждаюсь в том, что слишком много помню и чувствую. И, когда кажется, что вот сейчас наконец окончательно придавит фурой к асфальту, удается услышать, как меня зовут. Услышать и кивнуть. Медленно слезть с большого кресла, которое, наверняка, уже приобрело форму моего страдающего тела, засунуть ноги в сырые и холодные балетки. Фраза "Мне жаль, но у нас закончилось время" не должна снова и снова звучать для меня другими словами, но.

После терапии мне всегда хочется спать. Поэтому я прошу готовить мне кофе снова и снова, пока вожусь с печеньем. Около трехсот печений были готовы только к половине второго. К сожалению, тотальную усталость и радость от законченной работы ощущало только тело, но не разум. Я долго-долго смотрела в потолок и ворочалась. В 4:49 я впервые встала и решила заняться упаковкой выпечки. Уговорили вернуться в постель. В 6:20 я встала окончательно и в спешке распихала печенье так быстро и беспорядочно, как только может это сделать человек, который последний раз спал в ночь со среды на четверг.
День кажется слишком длинным. Слишком. В комнате много красного, и я прошу себя считать все красные предметы, чтобы не отключиться.
В метро я плакала 12 станций. Почти так же сильно, как в кабинете НН. Безразличие людей к чужому отчаянью не удивляет уже очень давно. Удивило то, как я настырно отказывала себе в экстренном звонке, но продолжала повторять "Не оставляй меня".
К этому моменту за последние полтора дня я была дома не больше 15 минут. Прячусь в свою большую и теплую юбку, как лиса закрывается пушистым хвостом, свернувшись в клубок. Люди ходят в плащах - на мне юбка и блузка с коротким рукавом. Голые ноги. Неравное распределение заботы и ответственности должно что-то говорить (и, энивей, говорит), но кто ж слушает.

Через пару часов я поняла, что время для моих проблем закончилось. Сейчас нужно загрузить печенье в такси и отработать первый день.
Дарье непривычно не быть волонтером или организатором, и она помогает мне.
Мне понравилось рассказывать людям о фестивале, о партнерах. Я начала с полубока узнавать нужных людей, я встретила много хороших знакомых.
Кажется, у меня получилось.
Получилось на три часа притвориться, что внутри ничего нет.

@темы: давайте делать паузы в словах, моя Гренландия останется ждать тебя, поговорим обо мне, доктор

23:26 

Ничто не может отнять меня у меня.
иногда у меня просто нет сил писать что-то достаточно связное.

- снилась Москва. Снилось, что я говорю кому-то: "Раньше я приезжала в Москву, чтобы оставаться. Теперь я приезжаю, чтобы убегать". Обиднее всего просыпаться и точно знать, что на самом деле означает эта фраза.

- опаздывала в универ, вскочила в автобус вместо трамвая. Через две остановки в него вошла Черезова. Ну, конечно.

- в универе присела за девушкой в желтом. Очень милая, сразу понравилась мне. Имени не расслышала. Нашли пустую аудиторию и попытались раззнакомиться. Кураторы предложили дурную игру "назови имя предыдущего человека". Девушка в желтом сидела через двоих после меня. Кто-то назвал ее имя - Даша. Конечно, по-другому просто не могло быть. После нее еще человек двенадцать. Даша, Даша, Даша, Даша, Д а ш а. Как ремнем по лицу.

- ехала к Дарье. Через остановку после меня в трамвай зашла Черезова.

спасибо, господи, я поняла.
выпить и спать. зажевать таблетки яблоками.
забыть этот день.

@темы: в моем стакане смерть, моя Гренландия останется ждать тебя, налейте Франсуазе еще стопку - мы сегодня грустим

14:07 

Ничто не может отнять меня у меня.
Даже не могу вспомнить, когда в последний раз ремиссия заканчивалась с такой феерической шоу-программой.

7:03. Я просыпаюсь от собственной дрожи. Кто-то на улице роняет жестяную банку - меня передергивает, я прячу голову в одеяло и напоминаю себе, что глубоко дышать для меня подобно смерти. Поздно. Кружится голова, становится холодно. Становится жарко. Я не могу снова заснуть, не могу дотянуться до книги или пульта. Только и остается - лежать в позе эмбриона, прижимая к себе сразу все подушки. Никто не знает, что случится, если я перевернусь на другой бок или встану с постели.
Часы тянутся немыслимо медленно. В попытке дождаться звонка Дарьи, не сойдя при этом с ума, и я развлекаю себя тем, что вспоминаю о произошедшем ночью. Развлечение, кстати, так себе, на любителя.

этой ночью была большая луна

- Я не поеду. Никуда не поеду, - шепчу, прижимая к груди скомканный плед.

Это не ловушка. Ловушка - это вдруг вспомнить, что ты даже не можешь позвонить психотерапевту.

@темы: цианид в студию, контроль как симптом гтр

01:54 

Ничто не может отнять меня у меня.
На сколько тебя хватит? На год или на полтора?

Собираясь на встречу волонтерской группы, выбираю темную помаду и синие бусы. Мне нравится, как бусы гармонируют с пятнами-цветами на юбке, и я робко снимаю кулон, кладу в рюкзак. Смешная, ожидаемая и чудовищно нелепая ошибка. За последние пять месяцев других за собой не припомню.
Плохо становится уже на остановке. Тереблю камни-бусины и оттягиваю их вниз, надеясь, что кислород все же в достаточных для жизни дозах начнет поступать в легкие. Плакать в транспорте, закатывая глаза и демонстративно отворачиваясь к стеклу, зная, что люди все равно смотрят, - это ненормально. Это как всегда.
В ДЭПО только Вика. Я не верю в это. Разворачиваюсь и выхожу на улицу. Это обман зрения. Вот сейчас я войду туда снова и увижу, как восемь человек смеются и рассказывают друг другу, как расклеивали афиши. Нет. Вика объясняет: все остальные волонтеры вдруг не смогли приехать. (А мне приехать было легче всего, - думаю я. - Мне же ничего не стоит презентабельно выглядеть, контролировать себя в транспорте и, блядь, приезжать в места, где чай с бергамотом подают в пакетике и хлипком стаканчике.) Мы обсуждаем подготовку к фестивалю и печати с котами.
- Обычно я делаю это на второй встрече, но хочу сейчас, - говорит она и обнимает меня.

А я ничего не хочу. Я сажусь на бордюр, разматываю тугие лямки рюкзака, перебираю пальцами цепочку кулона.
Это та самая причина, по которой я говорю, что не приду на праздник лучшего друга. Причина, по которой я не приезжаю ночевать.
Когда становится плохо, я хочу только домой.

@темы: моя Гренландия останется ждать тебя, налейте Франсуазе еще стопку - мы сегодня грустим

02:29 

Ничто не может отнять меня у меня.
мастерство самобичевания: открыть плейлист мэта-феста и из всех песен выбрать именно Depeche Mode – A Little Lie .

я ни черта не ем, боюсь вставать с постели и теряю интерес к любым разговорам, если собеседник не собирается сказать мне, что я это переживу.
больше мне сказать нечего.

@темы: прокрастинация жизни, моя Гренландия останется ждать тебя

01:35 

из стихов, которые не выйдут в эфир

Ничто не может отнять меня у меня.
Снова будет осечка. Снова не выстрелит, и я выдохну: Дейзи подобных нет.
Птицей дрожащей, актрисой плохой, пропащей
быть сегодня подле нее. В огне.
Д. оставляет ромашки чужим могилам.
Д. оставляет ромашки
мне.

(с) L.Krasnova

@темы: при участии Красновой, моя Гренландия останется ждать тебя, Грейс и ее печатная машинка, стихи

01:21 

Ничто не может отнять меня у меня.
По уровню контроля ситуации я сейчас на стадии "сначала Птицами, а потом "Магдалина", потом спать. непременно спать - иначе снова придется объяснять, почему ты на таблетках".
Открыть твиттер и вздрогнуть. И дрожать до тех пор, пока не поймешь, что царапаешь лицо и не можешь вдохнуть.

Я устала плакать так тихо, чтобы не было слышно в соседней комнате. Нужно переехать. Обязательно нужно переехать.

@темы: моя Гренландия останется ждать тебя

01:56 

Ничто не может отнять меня у меня.
Записка, которую я должна была получить на день рождения.
И мне ее не отдали вовремя.
И хорошо. Спасибо. Слава богу.

Она часто говорит:
- Ты не дышишь. Ты приходишь сюда, и мне всегда хочется за тебя дышать.

@темы: цианид в студию

14:12 

а я что? а я ничего.

Ничто не может отнять меня у меня.
Курьеры расстраивают, доллар дорожает, я бесконечно злюсь на себя за то, что не купила проездной вовремя и сейчас не могу поехать за формочкой в виде елочки.

Тем временем навязчиво предлагаю Дарье печь оскорбительные печеньки для уходящих женщин. Набор рождественских имбирных разочарований "Сдохни, сука".
"Сдохни, сука" - и пусть ее новая девушка будет осторожна.


@темы: здесь могла бы быть ваша реклама, но ее нет

00:57 

Ничто не может отнять меня у меня.
чтобы заметить, как начинается непорядок, необязательно быть учёным.
Хьюстон, у нас проблема: третьи сутки подряд горизонт остаётся чёрным.


Чтобы понять, как я себя чувствую, достаточно потереть в ладонях лепесток. Измятый, с прожилками-складками и рваными краями. Ни пришить обратно к цветку, ни отгладить.
Состояние не меняется к лучшему третий день кряду. Курить становится больно. Глухой свист бьется о грудинную кость, как сумасшедший безуспешно бьется плечом в дверь своей палаты. Вино сегодня не пьянит, но кажется еще более отвратительным, чем позавчера. Кисло-горький вкус остается на языке и не дает почувствовать ни сладость шоколада, ни даже горечь слишком сильно заваренного чая. У меня пригорает картошка и макароны грозятся покинуть этот мир раньше, чем я их помешаю. Но я пересматриваю "Блумингтон" и говорю себе: "Зато это не "Вас не догонят". От титров до опенинга "Анатомии", от убегающей Мередит до собак Уилла. Иногда кажется, что это правда успокаивает.
Иногда.

Автобус. Хочется до сипоты кричать: "Ну посмотри, посмотри же! Я исправила то, что могла. Я старалась. Я стараюсь сейчас. Полюби меня, полюби". Мольба всегда выглядит жалко, но сейчас - еще и бесчестно и бесстыдно.
Я впервые засматриваюсь в окно, уезжая домой. Неподалеку от метро мелькает неосвещенная дорога, уходящая будто бы в пустоту. Думается мне, имей я машину, однажды просто села бы в нее и поехала по этой дороге. И пусть бы за этой темнотой и пустотой не было ни рассвета, ни поворота.

После душа - полумертвая, со спутанными волосами и холодными каплями на плечах - я включаю настольную лампу и подношу к ключицам карманное зеркальце. Так и есть - прямо над костью след от ногтей, оставленный в метро, когда я в очередной раз прижала Паустовского к груди и попросила: "Люби меня". Маленький, саднящий, неудобный и почти незаметный след, если не прикасаться к шее. Неуместный в контексте этой истории. Как я сама - маленькая, неудобная и саднящая изнутри.

Порой видно, как из людей бьет свет. А порой приходится провести с ними какое-то время, чтобы стать свидетелем внутреннего сияния.
Если сейчас много времени провести со мной - захочется окунуть меня в ванну с перекисью водорода и посмотреть, будет ли хоть один не пораженный сантиметр тела.

@темы: моя Гренландия останется ждать тебя, паштоўкі ад мертвых птушак, стихи, цианид в студию

19:25 

ребят, кулстори

Ничто не может отнять меня у меня.
Я надеюсь, леди, что у вас для подобного есть крайне весомая причина. Лучше - если она прописана в вашей медицинской карте.
Но пассаж, безусловно, замечен и оценен.

@темы: дни нашей жизни

01:28 

Д.

Ничто не может отнять меня у меня.
Утро чемпиона.
Наверное, что-то правда идет не так, если в трамвае я начинаю плакать под вполне жизнерадостную песню The National. Ветер раздувает отросшие волосы, путает их и отбрасывает в глаза. Снова отрезать и снова выкрасить.

- Что случилось?
- Даша случилась.
- И что?
- В этом и дело: пять месяцев - и ничего не случилось.

Я прошу сделать чай, усаживаюсь на подоконник и начинаю курить. Люди с улицы, наверное, очень удивляются: на дворе полдень, девушка сидит на подоконнике и пьет дешевое и паршивое вино прямо из бутылки. Рефлексы притупляются, и я почти не отдергиваю ногу при прикосновениях. В моменты, когда не пытаюсь лишить себя возможности передвигаться и соображать, я прикуриваю очередную следующую сигарету и стараюсь не упускать деталей из рассказа о феминистках.
Помогает и не помогает одновременно. Я понимаю, что смогу добраться до следующего дня, только когда очень сильно загоняю иглу под ноготь. Нечаянно, естественно. (Хотя не уверена, что причинение физической боли для меня вообще может быть случайностью.)
Болит до сих пор.
Но речь ведь идет не только о пальце, да?

У меня в кухне висят часы над дверью. Я никогда на них не смотрю, потому что гораздо ниже на микроволновке есть электронные, потому что у меня на руке всегда были мои часы. Но, когда случается вдруг взглянуть на них, осознание того, что они все время находятся в этой квартире и ведут свою тихую часовую жизнь, заставляет удивленно присесть на пол. Сегодня я плакала, потому что я знаю, что и почему так привычно внутри болит. Ведет свою не менее тихую и спокойную жизнь, чем эти часы. И, может, болит слишком сильно и завидным постоянством, чтобы перестало слепить глаза.
Иногда... иногда болит сильнее обычного. Как сегодня: ты просыпаешься и знаешь, кто тебе нужен.
Обиднее всего вспоминать, что ты больше никогда этого не получишь.

ничего не случилось. I'm fine.

@темы: моя Гренландия останется ждать тебя, в моем стакане смерть

02:20 

ох, да, черт возьми, да!

Ничто не может отнять меня у меня.
13.08.2015 в 02:17
Пишет Darja Traiden:

скинула Линде пост с Placebo - B-Sides (2015):


ах ты моя девочка.

URL записи

@темы: все круги по Данте

01:33 

Ничто не может отнять меня у меня.
Дотык - это почти моя семья. Там моя морковь, мой так и не выросший базилик, там на потолке мои журавли, а за слоем льна тщательно и почти что на века приклеены мной открытки и вырезки из журналов Дарьи. И я не люблю, когда кто-то пренебрегает значением моей семьи. Поэтому на сборе волонтеров М. я совершаю три большие ошибки: мысленно ругаю человека за то, что мне не нравится его голос, забываю, что другие люди видят другое, и позволяю Ребенку внутри себя закапризничать и пропитаться неприязнью сразу ко всему мероприятию из-за пары (в чем-то объективно верных) слов.
Из этого получается мало хорошего: я нервно стучу ручкой по блокноту и несколько агрессивно говорю, что против общей беседы в скайпе. Я единственная откликаюсь на фразу "Ладно, никто вроде не против. Но, может, есть те, кто радикально отвергает этот вариант?". Тем не менее, меня поддерживает одна из кураторок. Расслабиться получается только тогда, когда я вызываюсь печь печенье для фестиваля. Наконец узнаю, как именно была сделана надпись на той партии.
Реабилитирует ситуацию с В. то, что я очень хорошо понимаю, что нахожусь в группе с агентом. Что здесь лидеры не за меня. Что я гость, разделяющий сразу две позиции, а не полностью поддерживающий одну. Я понимаю это так же ясно, как понимаю и то, что мой единственный способ не нарушить внутреннюю границу - продолжать молчать.

В надежде скорее сбежать от него наливаю себе чай с мелиссой и выхожу в город. В какой-то момент кажется, что я не достаточно хорошо защищена от людей. Нервно ощупываю ключицы - цепочка на месте, просто затянута слабо. Ложная тревога, В., запоздалое прояснение - я делаю глоток и понимаю, что чай вдруг стал мне противен. Бросаю почти полный стакан в урну и веду себя в магазин. Сегодня мне нужно сбежать от внутренних монологов к ней. Сегодня я хочу есть десертной ложкой шоколадную пасту, смотреть потрясающий Ньюсрум и придумывать, как лучше сделать застежку на сумки. Если это будет мой дзен - сегодня случится чудо.

@темы: Дотык, сердце Данко горит напрасно

01:33 

Ничто не может отнять меня у меня.
Пассивная агрессия весь день воспитывает меня так, как суровые обитатели джунглей могли бы воспитывать целый детский сад. Я стараюсь быть максимально вежливой, но настойчивой, составляя письмо для интервьюируемой, поразительно ловко сорвавшей прошлую встречу. Меня больше не интересует ее готовность встретиться в четверг: у меня горят сроки, я хочу это интервью прямо сейчас. Будем честны, фраза "Блядь, если ты сейчас не ответишь на мои вопросы, я вырежу всю твою семью и заберу собаку" не всегда мотивирует людей быть оперативнее и ответственнее. Все же я добиваюсь ответов на все вопросы еще до того, как мой редактор пришлет сообщение с просьбой узнать, когда я вообще собираюсь договориться о новой встрече. Клацанье зубов и отсутствие любезности в письме воспринимается этой женщиной как щелчок кнута.
Раз-два. Раз-два. Я прогоняю весь этот день с таким стянутым ощущением ненависти к миру внутри, что бурлаки на Волге могли бы от испуга сбежать с картины Репина.
Я нервно объясняю ей, что "негр" - это расизм, но в последний момент срываюсь и кричу: "Прекрати так говорить! Это неправильно, потому что... потому что я так не хочу".
Позволить обиженному ребенку с пристани управлять своей работой - вот он, залог моего успеха. Возможно, я стоила своего прежнего издания.

Ссылка на новость о метро откапывает стюардессу PassiveAgressive Airlines. Зная, что у меня нет ни права, ни возможности ответить, я все равно оставляю этот твит. Безликий, брошенный, не обозначенный никак и ни для кого.
Я загружаю "Тихое сердце" вместо триллера "Мама" и надеюсь, что попытки женщины с амиотрофическим склерозом умереть, остудят этот пылающий лайнер, полный смертников.

Летайте только PassiveAgressive Airlines. Только мы обеспечим вам лучшие в мире ответы с обращением "дарлинг", которые вы не заслужили бы даже за тройное убийство.

@темы: сердце Данко горит напрасно

12:23 

в тебе нет ничего святого

Ничто не может отнять меня у меня.
Уровень недоверия к людям критически высок. Когда эта новость впервые мелькает в ленте, я первым делом ищу ее на тут.бай, чтобы даром не расходовать слова. Информация подтверждается, но я все еще ничего не чувствую. Да, я знала ее, стояла с ней на одной сцене и иногда - несколько больше, чем просто здоровалась. Но прежде всего я придиралась к ее ответам, исправляла последствия общения с ней для Ю.. Меня сбивает с толку факт того, что смерть двух гимназисток, коснувшаяся Ч., выбила меня из колеи на пару дней. Смерть девушки, которая училась на класс младше меня, вызывает во мне только необходимость знать, как это будет переживать Ю.
Возможно, внутри меня действительно больше нет места для чужой боли, и организм очень четко дает мне это понять.

Так, просто замечание: за тем, как близкие реагируют на внезапную смерть человека, который не совсем был им симпатичен, всегда очень интересно наблюдать. Публичное лицемерие ради минуты чувства общности, ради удовлетворения собственной потребности в жалости - мы с Берном поджимаем губы и открываем все доступные аккаунты ее одноклассников.


- 24-летний водитель совершил наезд на перебегавшего дорогу лося. В результате ДТП находившиеся в автомобиле пассажиры, 46-летний мужчина и 16-летняя девушка, жители Минска, погибли на месте.
(Комментарии на тут.бай: забота россиян о лосе и придирки к дате аварии. Вот здесь, пожалуй, мне даже смешно.)

@темы: дни нашей жизни

00:38 

14 апреля как единственная дата, которую помню

Ничто не может отнять меня у меня.
"Прошло много дней со смерти Володи.
Лиля - люби меня.
Я люблю его. Он каждый день говорит со мной своими стихами".

Лиля Брик. Пристрастные рассказы

Столько лет ненавидеть ее, зная только одну часть истории.
Стыдно, возможно, даже больше, чем должно быть.

@темы: паштоўкі ад мертвых птушак, налейте Франсуазе еще стопку - мы сегодня грустим, моя Гренландия останется ждать тебя

главная