Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

теория шторма

  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
20:16 

обостренные симптомы ГТР

Ничто не может отнять меня у меня.
Мне неуютно. Неуютно в максимальной степени, полагаю, раз, чтобы успокоиться, средь бела дня я оставляю сборы, стаскиваю на пол подушку и халат и решаю поспать до вечера. Как ни странно, это работает: через три часа я чувствую больше готовности сменить локацию на три дня.

- Я буду скучать по тебе.
- Я уже скучаю.

Рецепт сомнительного спокойствия: "Забытая Беларусь", игрушечный олень К., кулон и обложка для паспорта с Питером Паркером.
Я не верю в приметы, талисманы и прочую атрибутику параноика. Но печальная правда в том, что мне нужны все эти точки опоры. Точки, которые позволяют думать, что опираюсь я сама на себя, а не на людей, связанных с вещами. Очередные иллюзии контроля реальности. НН будет не довольна.

"теперь наша встреча зависит только от тебя"
Я не знаю, готова ли я. Я ничего не знаю до тех пор, пока не сойду с поезда в Москве и не пойму, что у меня не болит голова, что мне не страшно и я не собираюсь страдать.

Через час я должна быть на вокзале: я все еще сижу на полу, все еще в пижаме.

@темы: дни нашей жизни, стабильность

22:54 

Ничто не может отнять меня у меня.
Все валится из рук в буквальном смысле.
С потрясающей грацией я тянусь с пола за ежедневником на столе, задеваю скатерть и с невозмутимым спокойствием смотрю, как доска медленно накренеятся, толкает вазу, лампу и втроем они переворачиваются и падают на пол. Вода повсюду. Даже на проводах, около которых я продолжаю безмятежно сидеть. После только понимаю, что мне все еще нужен этот блокнот: вскакиваю, забыв о проводе наушников, - на всю квартиру раздается "She said goodbye". Действительно.

- "Это должно было произойти. Все это должно было рухнуть у тебя на глазах", - мысленно говорю себе, вытирая стол и убирая с поля боя павшие книги и деньги. Я думаю не об этом крушении, и у меня трясутся руки.
Я боюсь того, что рано или поздно придется лечь спать, и тогда, в темноте и тишине, я снова почувствую себя рассыпавшейся в пыль, больной и немощной, пораженной своими чувствами, парализованной страхом.
И, как и прошлой ночью, я буду плакать и нашептывать стене "Вместо письма".

"Слов моих сухие листья ли
заставят остановиться,
жадно дыша?
Дай хоть
последней нежностью выстелить
твой уходящий шаг".

@темы: моя Гренландия останется ждать тебя, паштоўкі ад мертвых птушак, сердце Данко горит напрасно

23:45 

Ничто не может отнять меня у меня.
И. говорит, что они, к сожалению, даже не будут рассматривать мою работу.
И. рассказывает, как готовит ребят к республиканской олимпиаде.
Б. передает мне извещение о купленных билетах и времени сбора на вокзале.
Л. говорит, что всерьез ударит меня, если я это сделаю.
Полина отменяет встречи.
Ссоримся с Ю. Непримиримые противоречия - так бы я написала в причине расторжения брака, например.

Теперь впереди у меня нет ничего.
Слог Паланика раздражает.
Мне не разрешают читать Гиляровского, я скучаю по Окуджаве.

@темы: дни нашей жизни, сердце Данко горит напрасно

23:23 

Ничто не может отнять меня у меня.
К вечеру произошедшее десять часов назад кажется очень страшным сном. Таким, что пробуждение приравнивается к подвигу.
- Что ты чувствуешь?
- Боль в груди не прекращается.
- Ты можешь вспомнить нечто подобное?
- Никогда.

Она предлагает срочно провести сеанс терапии, название которой молниеносно вылетает у меня из головы. Какое-то время я продолжаю хватать ртом воздух, после киваю и не своим голосом спрашиваю:
- Что мне нужно сделать?

Следующие полтора часа хуже всех моих проблем в отношениях с людьми, всех моих порезов и приемов седативных.
Пожалуйста, хватит, пожалуйста, прекратите.

- Давай попробуем снова.
- Я больше не могу, прошу вас, хватит. Давайте попробуем.

Меня колотит так, что зубам впору скрошиться в пыль, я задыхаюсь от боли, от слез, от того, что она снова и снова просит меня делать это. Я никогда не слышала свой голос... таким низким, отчужденным. Я никогда не дрожала так сильно, что она боялась ко мне прикоснуться. И если это случалось сегодня - прикосновения приравнивались к контакту с оголенным проводом - я теряла связь с происходящим.

Через полчаса она просит меня попробовать новую фразу - я соглашаюсь на автомате, ощущая только отвращение от попытки шершавым языком провести по сухим губам.
- Что произошло? Ты перестала плакать.
- Стало темно. Я захотела выключить себя.

Я хочу забыть этот день, эту неделю. Я хочу больше никогда не
никогда.
Это не должно повториться.

@темы: цианид в студию, сердце Данко горит напрасно

22:58 

Ничто не может отнять меня у меня.
Чувствую себя разбитой, внутренне изрезанной (благо, что внешне еще цела), но зато с полным запасом родной боли (теперь с привкусом ответственности, черт бы ее побрал). Пью невероятно много кофе, чая, минералки, покушаюсь на воду из-под крана в районе, где употреблять ее опасно для жизни. Ведь, чтобы много плакать, надо много пить. Прихожу к выводу, что уж сегодня все учителя в школе знают, что я в полном раздрае.

- У вас больше нет воды?
- А у тебя все еще все плохо?
//
- Александр Леонидович, можно я поплачу у вас две минутки?
- Конечно.
//
- Ну-с, девушка, что с вами?
- Я в норме.
//
- Мне нужно обсудить с вами стихи.
- А мы...
- Что? Все еще плохо?
- Просто давайте разберемся со стихами.

Я не могу дозвониться до терапевта вовремя, реву в маршрутке и репетирую фразу: "Полина, можно мне обнять тебя?". Думала, что, если сделаю этот выбор сама, будет не так худо. Ошиблась - теперь еще хуже. Здрадніца ты, і на гэтым усё, Лінда.

Два часа английского несколько успокаивают меня. Точнее - превращают в гиперактивную всезнайку, которая внезапно помнит каждую тему аж с лета. Наверное, это часть того дежавю: тогда язык тоже шел легче от того, что я бетонировала им грудную клетку.
У меня есть неделя, чтобы максимально залатать себя. Я правда хочу эту встречу, несмотря на то, что это будет уже совсем другой сценарий.

@темы: сердце Данко горит напрасно, цианид в студию

20:54 

soulmates never die

Ничто не может отнять меня у меня.
На самом деле в моей голове все еще заглушает мысли пара строк Есенина, но этот огрызок текста так долго лежал среди своих полноценных собратьев в телефоне, что грешно было не закончить его. (Вообще, это очень плохая привычка - писать что-то в транспорте. Всегда сырое, тленное, никогда не дописывается до конца.) +Пространные отрывки из сочиненного в метро и трамваях. Когда-нибудь они обретут свое место в полноценных рассказах, но сейчас лучше пусть полежат рядом с этим.





На этой станции почему-то всегда перегорали лампы. Словно большие стеариновые свечи, эти белесые гиганты держались на блестящем железе балок, загорались и гасли раз в несколько минут. Кажется, их меняли каждую пятницу, но никто никогда не видел ни лестницы, ни электрика в стандартном темно-синем костюме недельной давности. Поэтому, когда очередной поезд приезжал на нее, люди уже не удивлялись полутьме. Как и она не удивлялась. Клара неизменно сидела, скрестив ноги по-турецки и задрав голову к потолку, прямо посреди скамейки. Я не знала, почему она так сидела. Но она молчала, а я слушала, как между рекламными объявлениями у нее бьется сердце. Наверное, это был ее собственный дзен. Точка спокойствия прямо внутри станции.

- Это могила для великанов. Глубоко под землей, темная и холодная.
- Мне было бы грустно здесь лежать.
- Вот поэтому мы не великаны. Мы проносимся со скоростью двести километров в час между станциями и никогда не думаем, на чьих костях они построены.

Здесь следует упомянуть, что у Клары был тонкий тихий голос, подходящий для каверов на лучшие песни Берди, но почему-то она предпочитала обнимать меня в четыре утра на кухне и напевать "Не умирай". У нее, словно у Анны Павловны Шерер, была своя интонация для каждого человека. Мне довелось познать их все. Включая ту, с которой она произносила последние слова.
Впрочем, сравнение с Анной Шерер было излишним, как и это лирическое отступление. Ведь Клара могла произнести эти слова с любым оттенком, и он подошел бы сейчас.

Иногда Клара снится мне.


***
- Нужно продолжать жить, Фрэд. Я знаю, что ты хочешь утонуть в этой рюмке, если не в ближайшей реке, - хрипло проговорил он, - но нужно встать завтра с постели, почистить зубы, постараться не спалить бекон. Все это необходимо.
- Зачем?
- Да за тем, страдающий кретин, что однажды ты проснешься в своей лачуге, сваришь свой паршивый кофе и вдруг найдешь в жизни ту мелочь, ради которой противился смерти. Ты найдешь то, что покажет - ты все делал не зря.
- Ради мелочи жить-то? - Фрэд разве что не задыхался от смеха. - Да ты точно свихнулся, Пол.
- И эта мелочь покажется тебе самой важной на Земле. - Пол обвел пальцем кромку своего стакана, отодвинул его в сторону. - Хоть сейчас для тебя и бочка рома кажется сравнительно маленькой платой за боль.
И он ушел.

***
Однажды в новостях был сюжет о мужчине, который вдохнул в бору сосновую иголку. Он не просто выжил. Иголка проросла внутри его легкого и стала упираться острыми краями в ткани органа. Я много думала об этом почти фантасмагорическом случае. И единственный вывод, к которому пришла, звучит так: ты моя сосновая иголка. Только ты пробила мои легкие, обросла сердце и острыми гранями своих чувств продираешься между ребер.

Случай, кстати, действительно имеет место быть. Но в каких новостях и когда о нем говорилось, совершенно не помню. Похоже на сюжет НТВ.

@темы: моя Гренландия останется ждать тебя, сердце Данко горит напрасно, Грейс и ее печатная машинка

22:46 

Ничто не может отнять меня у меня.
Столько страха и тьмы в черновиках за последние два дня, что я искренне удивляюсь тому, как еще не оказалась в очереди за транквилизаторами. Хм Наверное, дело в осознании того, что я - если по-хорошему - не помню никаких эмоций этого времени. Я вообще плохо помню декабрь того периода, когда пила таблетки (как и декабрь 2013, но с ним все еще более запущенно). Сложно сохранять хорошие отношения с людьми, когда твоя выдержка держится на честном слове.

хоть что-то стабильно

Мне нравится нынешняя погода в Минске: она отлично иллюстрирует мое желание жить, мое желание работать, мое желание чувствовать.

Третью неделю лелею мысль об удалении дайри. Я с трудом переношу массивный дневник в полке и коробку с письмами, что уж говорить об аккаунте, иллюстрирующем мою жизнь в крайне нестабильном ее периоде. Это, конечно, может оказаться и плохой идеей (все-таки было и хорошее), но... а впрочем, я обсужу это завтра.

@темы: сердце Данко горит напрасно

17:25 

надо же чем-то разбавлять этот вопиющий тлен.

Ничто не может отнять меня у меня.
отвлекающий маневр.

Обнимаемся в столовой. Трудовик:
- Линда, ну вы же нормальной ориентации!

Я смеюсь.

Прихожу в лаборантскую. Информатик:
- Ты замуж собираешься?
- Нет.
- Вообще?
- Вообще.
- Ладно, забей. В общем, есть у меня девушка...

Я смеюсь.

Белорусская литература.
- С вами в Москву поедет Т.В.
- Эта та, с которой вы завтракали?
- Да.
- Она хорошая.
- На нее даже девочки заглядываются, по секрету вам скажу.

Я смеюсь.

Они все очень милые.

@темы: дни нашей жизни

17:17 

Ничто не может отнять меня у меня.
Лучший способ абстрагироваться от собственных переживаний и больше не сбегать в кабинет счастья завтрашнего дня до следующей сессии - учить, много-много учить. Собственно, учебой это не назовешь. Я просто в три раза внимательнее читаю Чуковского, заполняю боль в груди близостью Корнея и Николая, умиляюсь "литературной игре" Ахматовой и Гумилева, кропотливо выписываю на лист "болдинскую осень" и премию Таормино, чтобы потом узнать, что это. Я даже нахожу время на сравнительную таблицу по модальным глаголам и разбираюсь в истории. Боже-господи, все что угодно, но только бы не лезть в этот омут, не биться головой об лед. Я еще не готова, я еще не остыла. Мне нужно немного много русского языка. Мне нужно, чтобы кто-нибудь обнял меня и сказал, что я могу упасть на дно, а потом безболезненно подняться.
Болит колено. Асфальт помнит, где мое место.

"Люди приходят и уходят, а русский язык остается". Я не знаю, почему запомнила именно эти ее слова. Наверное, потому что подозревала, что это то самое очередное связующее звено, тот самый резонанс, который все время лежал на поверхности.

- Вы не общаетесь?
- С того момента...
Она улыбается.
Я не знаю, сколько раз мне придется еще ответить на этот вопрос. Возможно, "Вечное сияние чистого разума" не такой уж и глупый фильм. А может у нас просто не должно было быть общих знакомых. А лучше - общих интересов, общей боли, общего города.
Меня это достало.

@темы: сердце Данко горит напрасно, прокрастинация жизни

22:25 

Ничто не может отнять меня у меня.


Письма "до востребования" -
это десятки криков о помощи, которые никто не услышал.
Я хочу, чтобы вы распечатали конверт.
Я хочу, чтобы вы услышали крик,
который превратился в целую историю о борьбе и награде,
о боли и удовольствии, о непринятии и понимании.
Откройте конверт - он для вас.


История №6. Александра Гордиенко



Моя зависимость самая обычная, банальная. Зависимость от определенных людей, которые имеют общую особенность – уходить.

читать дальше

@темы: при участии Красновой, письма до востребования, спецпроект

00:38 

не все то верлибры Танка, что оказывается на дайри

Ничто не может отнять меня у меня.
Я табе раздару ўсе прапітыя куфары кніжак,
Я табе разламаю апошні кавалак мацы -
Толькі рукі худыя схавай: ты пабачыш узвышша,
На якое на крылах, на крылах маіх узляцім.

К.Г. ікары

Я тебе раздарю все пропитые полчища книжек,
и последний кусочек мацы мы с тобой доедим,
только руки худые запрячь и увидишь все свыше,
и с тех высот, что на крыльях моих мы с тобою взлетим.



@темы: паштоўкі ад мертвых птушак

00:28 

Ничто не может отнять меня у меня.
- Зачем ты пришла сейчас? Чтобы я тебя отговорила?
- Чтобы вы помогли мне сделать выбор?
- Ты уже сделала выбор.
- Да... Наверное, я хочу, чтобы вы меня отговорили.

Потому что это слишком для меня. Издевательства судьбы выходят за грани разумного, когда меня ставят перед таким выбором. Столкновение с асфальтом после фразы "А тогда все еще было хорошо!" больше не идет ни в какое сравнение. И я даже не знаю, как именно можно выразить словами всю паршивость своего состояния. Громко смеяться, плакать, сбегать, использовать людей ради удовлетворения (хотя этот факт еще можно оспорить. хорошо мне все равно не было) своей нехватки тактильности и чайных бесед на кухне.
Я и правда сделала выбор раньше, чем пришла к ней. Наверное, я сделала его еще в тот момент, когда сопоставила факты. И это решение пугает меня в той же степени, в которой радует. Хорошо бы испытывать что-то одно, но мне не дано.

- Я приму любой твой выбор. Не вспоминай то, что я говорила. Просто выбирай сердцем.

@темы: налейте Франсуазе еще стопку - мы сегодня грустим, дни нашей жизни

01:44 

Ничто не может отнять меня у меня.
Ты павіталася
А я - усцешыўся,
Але хутка выпусціў з рук
Тваю далонь,
Не знайшоўшы на ёй
Сваёй
Дарогі жыцця.

1978

@темы: давайте делать паузы в словах, здесь могла бы быть ваша реклама, но ее нет, паштоўкі ад мертвых птушак

01:35 

Ничто не может отнять меня у меня.
Четыре месяца назад я выбросила все, что у меня было: ее рубашку, подарки, открытки, кажется, даже билеты в кино. Единственное, к чему она приложила руку, но я так и не смогла отправить это на свалку, - ежедневник. Исписанный ее пометками, расписками, рисунками ежедневник.
Мне не жаль, что он остался. Не жаль, что, сверяя график фестиваля, я натыкаюсь на массу желтых пятен (желтый маркер был ее цветом для наших встреч). В конце концов есть вещи, от которых избавиться невозможно. И когда ты ничего не чувствуешь, когда не думаешь об этом как минимум четыре раза в неделю, случайно встретить ее почерк среди своих записей - это не так уж и страшно.

"- Ну а вдруг это будет "голубой" период Дарьи Трайден?
- Вот видишь! Ты знаешь такие вещи, которых не знают половина студентов журфака".

Дарья Трайден была моим желтым периодом. Или зеленым как Кафка.

И если призрак здесь когда-то жил,
то он покинул этот дом. Покинул. (с)

@темы: сердце Данко горит напрасно

00:02 

Ничто не может отнять меня у меня.
Пятилетний сын моей преподавательницы на курсах - необычайно смышленый и коммуникабельный мальчик. Он летает в кабине пилота и называет вещи своими именами, а это уже гораздо больше, чем умею я.

- У нас есть одна родственница, которая решила похудеть. Все мы называли ее "тучной", в шутку - "толстой", а мой сын сел рядом и сказал ей: "Ты не расстраивайся. Это горка. Просто горка, она пройдет".

@темы: давайте делать паузы в словах

20:45 

Ничто не может отнять меня у меня.


Глобус пишет о том, как Танк в своих дневниках сокрушался на тему нехватки хороших белорусских поэтесс и уважал самоубийство Янищиц. Я грущу и вспоминаю свои любимые строки:

– Буду вечна кахаць.
– Буду вечна чакаць.
– Буду вечна помніць...

Словы, якія могуць
Нічога ня значыць
Для тых,
Каго кахаюць,
Каго чакаюць,
З кім разьвітваюцца.
I толькі знаюць
Іх сапраўдны цяжар тыя,
Хто кахае,
Хто чакае,
Хто яшчэ застаецца
Жыць.


На самом деле Джим Керри здесь не нужен, но что-то должно говорить о том, что во мне - как в худших названиях Анны Гавальды - целых 35 кило надежды.

@темы: здесь могла бы быть ваша реклама, но ее нет, налейте Франсуазе еще стопку - мы сегодня грустим

21:37 

Ничто не может отнять меня у меня.
Утром я обнимаю К. Всего миг, и этого очень мало для того, чтобы почувствовать себя лучше. Поэтому, когда меня спрашивают про научную работу, я мучительно закатываю глаза и говорю, что меньше всего это утро подходит для обсуждения тех правок, которые я еще не внесла.

- Всегда хотела сделать это.
Я стягиваю волосы резинкой в пучок и ложусь на пол в запертом кабинете информатики. Переворачиваюсь на спину и пытаюсь найти в молочно-белом потолке ответы на свои вопросы. Периодически сквозь пелену самокопания прорываются слова Л. Я уже не помню, зачем вообще сказала это и на какой ответ надеялась. Видимо, в тот момент был важен сам факт озвучивания мысли: "Я выгораю. Реши эту проблему за меня". Все это время мне казалось, что две головы лучше, чем одна. Что ж, не сегодня.

Сегодня звезды сошлись правильно: ей было плохо, мне тоже. В ее жизни любую проблему можно перекрыть работой. Поэтому она делает один чертеж за другим, прорабатывая решения задач. Через час я приму ее тактику и узнаю о переписке Фета и Тургенева, о том, как Мария Лазич кричала: "Во имя господа, спасите письма!". Но в этот момент я еще на полу. Причем больше морально, чем физически.

- Будет очень плохо, если я приду на геометрию с заплаканными глазами?
- Постарайся этого не делать.

Далее следует череда нецензурных междометий, когда я принимаю сидячее положение, пью чрезмерно сладкий кофе и пытаюсь дышать так, как меня учила НН. Не получается. И не получается плакать. Ни в тот момент, ни много позже, когда я оказываюсь одна. Значит, эта тема будет отработана завтра.

@темы: сердце Данко горит напрасно, дни нашей жизни

07:27 

Ничто не может отнять меня у меня.
Приступы тревоги обострились настолько, что мне уже не нужен повод, чтобы просыпаться в два часа ночи, прижимать руки к груди и, задыхаясь, просить себя выключить это. Как не нужен повод, чтобы застывать вечером посреди дороги, понимая, что мне не хватает кислорода.
Сил хватает только на то, чтобы добраться до постели, рухнуть на нее и заплакать. Дойти до кухни, поставить чайник и заплакать снова. Сломать чайную ложку от невыносимо сильного желания причинить такой же вред себе.

- Они говорят что-то и не замечают, как их слова ранят.
- Ты ранишься об их слова?
- Наверное, я даже жду этого.

Когда я соглашалась на это, понимала, что это будет долгий путь, и все же решилась пройти его до конца. Я все еще не сдаюсь, не отрекаюсь. Но этот путь почему-то стал невыносим уже на второй неделе встреч.

Иногда я думаю о том, что фраза "ты нужна мне" будет смотреться на моей коже лучше любого кита.
Я не могу пройти этот путь без тебя.

@темы: сердце Данко горит напрасно, цианид в студию

07:18 

Ничто не может отнять меня у меня.
надо же куда-то вас нести, если фикбук курлык

Отче, будь же со мною честен.

Сколько еще осталось нелестных слов?
Сколько еще осталось неспетых песен
И тех тревожных июньских снов?

Отче, ты же все знаешь, мудрый!
Долог ли этой лестницей путь наверх?
Снег ли посыплется сладкой небесной пудрой
Над головами мечтательных неумех?

Отче, будь же поблагородней!
В дождь над толпой опусти навес.
Пусть бы дышалось им посвободней.
Тем, самым пьяненьким из повес.

Отче, ответь же ребенку! Опять и снова
Мы забываем звонить им или писать.
Тем, кто волнуется с каждым забытым словом.
И не боится волнение выдавать.

Отче, мне бы сказать немного, опять о важном.
Знаешь же, люди не верят в тебя и Санту.
Людям чудес бы в копилку, а бедным – мантру.

Отче, ну что ты молчишь?
Мне страшно.
17.11.14

Если путь мой тернист и крут,
Он смыкается у меня на шее.
Как чернильный зловонный спрут,
С каждым разом – еще сильнее.
Но блестит как та мишура,
Что забыта тобой в витрине.
Пыльный маятник, след костра.
Путь качается на резине.
Это уровень, данный свыше:
Не пройти, но пробраться можно.
Это винный след сентября и вишен:
Если смоется – только с кожей.
Он сжимается кольцами на висках
Да сиреной зовет на дно.
И колюч он так, что саднит в руках.
Путь сулит мне всегда одно.
Разделяя строки холодом по слогам,
Этот путь затевает бой.

Если я упаду в нем –
К твоим ногам.
И весь мир упадет за мной.


L.Krasnova

@темы: сердце Данко горит напрасно, стихи, при участии Красновой, Грейс и ее печатная машинка

22:09 

Ничто не может отнять меня у меня.
Написала очень много искренних слов о своей игре в прятки и девушках с роковым именем, а потом подумала "ну и кому это надо, кроме тебя?".
Иллюстрации с медведями - вот что кратко и емко выразит мою неготовность поддерживать связь с миром.



Renata Liwska

@темы: прокрастинация жизни, здесь могла бы быть ваша реклама, но ее нет

главная